КОНТР-АДМИРАЛ ИЗ МАРФИНКИ

 Все знают, что Матвеево-Курганский район – сухопутный. Тем не менее, на его гербе изображен якорь – символ Русского моря. Ведь один из самых ярких следов в истории нашего миусского края во времена Великой Отечественной войны оставили именно русские моряки, штурмовавшие высоты Примиусья в марте 1942 года. Якорь, стоящий на Волковой горе и нанесенный на герб и флаг муниципального образования – дань их великому подвигу. Однако в прошлом нашего совершенно сухопутного Матвеево-Курганского района есть еще одна история о знаменитом моряке, прославившем Отчизну. Имя ему – контр-адмирал Василий Васильевич Анохин, уроженец села Марфинка.

 Увы, но о Василии Васильевиче, когда-то командовавшем засекреченной атомной подводной лодкой Северного флота и успешно выполнявшем боевые задания по всему миру, известно сегодня до обидного мало… Вот строчки из официальной биографии: «Анохин Василий Васильевич, родился в 1931 году в селе Марфинка Анастасиевского района Ростовской области. Офицер-подводник, контр-адмирал. Служил на Северном флоте, был командиром подводной лодки. У него была сестра, которая в 1950-1960х работала в Марфинской школе учителем начальных классов. Умер в 1996 г.». Меж тем Василий Васильевич – человек легендарный. Хотя многие подробности его службы в Военно-Морском флоте были и, думаем, до сих пор остаются засекреченными. Например, из картотеки иностранных наград в Министерстве обороны страны известно: «Анохин Василий Васильевич Указом Госсовета республики Куба в 1986 году награжден медалью «30-я годовщина Революционных Вооруженных сил Кубы». И все!

 Зато о нем с огромным теплом вспоминает почетный житель Матвеево-Курганского сельского поселения Виктория Александровна Мелихова, учившаяся с ним после войны в одном классе: «Я до сих пор горжусь своим одноклассником Васей Анохиным. Он вернулся из эвакуации в Марфинскую школу уже после освобождения нашего Примиусья, а в будущем стал командиром прославленной подводной лодки «50 лет СССР». Поясним, атомная подводная лодка К-323 («50 лет СССР»), проект 671, по классификации НАТО – «Victor-I» – необычный корабль. Своё рождение многоцелевая атомная подводная лодка второго поколения К-323 получила в Ленинграде – 14 марта 1970 года «К-323» торжественно спустили на воду Невы. А уже 12 июля 1970 года лодка была в Северодвинске, где на ней перед ее первым выходом в Белое море подняли Военно-морской флаг СССР. Огромный корабль с экипажем в 76 человек, подводным водоизмещением в 6085 тонн и подводной скоростью в 33 узла, был способен погружаться на 400 метров, находясь в полностью автономном плавании до двух месяцев. Все в нем было предназначено к тому, чтобы стать одним из лучших, гордостью отечественного флота! И он стал им: с 1970 по 1973 год этой подводной лодкой командовал тогда еще капитан 1 ранга Василий Васильевич Анохин.

 Именно под командованием Анохина комсомольская организация корабля в 1972 году была объявлена лучшей в Военно-Морском флоте СССР, за что была награждена почётным знаменем ЦК ВЛКСМ, а войсковая часть 40629 была навечно занесена в Книгу почёта Краснознамённого Северного флота. В том же году «в ознаменование пятидесятилетия образования СССР, приказом Министра обороны СССР крейсерской атомной подводной лодке К-323 было присвоено почётное наименование «50 лет СССР». Юбилейный почётный знак ЦК КПСС, Президиума Верховного Совета и Совета Министров СССР вручил 3-й дивизии, в состав которой входила К-323, лично командующий 1-й Краснознамённой флотилией атомных подводных лодок Краснознамённого Северного флота…

 В 1973 году подводная лодка вместе с другими кораблями дивизии совершила 8 походов на боевую службу, по итогам которых экипажу «50 лет СССР» был вручён Вымпел Министра обороны СССР «За мужество и воинскую доблесть». Тогда же экипаж К-323 занял 1-е место в Союзе по торпедным стрельбам на приз Главнокомандующего Военно-Морским флотом СССР…

 В дни подготовки к юбилею 30-летия Победы на лодку принесли письмо Генерального секретаря ЦК КПСС, фронтовика Леонида Ильича Брежнева, написанное им лично экипажу АПЛ «50 лет СССР» и его командиру В.В. Анохину. «Участники Великой Отечественной войны гордятся, что их боевые подвиги продолжаются в повседневном ратном труде воинов семидесятых годов, в замечательных делах молодого поколения строителей коммунизма. Будьте всегда достойны их геройской славы и бессмертных свершений. Для моряков флота, как и для всех воинов наших доблестных Вооруженных Сил, характерны высокие морально-боевые качества, коллективизм, дружба и товарищество, беспредельная преданность кашей ленинской партии и советскому народу. Продолжайте и впредь неустанно совершенствовать свою боевую выучку и политическую закалку, повышайте техническую и морскую культуру, в любых условиях образцово выполняйте свой сыновний долг перед Советской Родиной. Желаю вашему экипажу, всем воинам достойно встретить 30-летие великой Победы! Выражаю уверенность в том, что личный состав Армии и Флота будет свято хранить и приумножать славные революционные и боевые традиции нашего народа и его Вооруженных Сил, бдительно стоящих на страже завоеваний социализма.

 Спасибо за верную службу Родине», – написал Л. И. Брежнев морякам-подводникам.

 После плановой ротации Василий Васильевич продолжил службу во флоте, занявшись работами по строительству для Родины новых кораблей. Так, из воспоминаний участников портала по отечественной гидронавтике oosif.ru известно об его участии в 1981 году в качестве куратора в эксперименте отработки различных способов управления атомными глубоководными станциями, тренировки экипажей атомных глубоководных станций и проведения различных медико-биологических экспериментов, который проводился в одном из институтов Ленинграда. Для эксперимента был построен специальный стенд, полностью имитирующий центральный пост атомной глубоководной станции проекта 1910 и жилой блок. На всякий случай поясним: АГС «Яуза» – это атомная научно-исследовательская двухкорпусная субмарина, способная вести работы на глубине в 1000 метров в любом квадрате Мирового океана… Лодка имела весьма скромные размеры и экипаж до 12 человек, была оснащена робототехническими, манипуляторными и другими комплексами и могла использоваться как для научных, так и для разведывательных целей, а так же в качестве средства доставки боевых пловцов.

 Стенд-имитация для участников эксперимента был установлен на гидравлической подвеске, создающей крен и дифферент настоящей атомной подводной станции. Информация, транслирующаяся снаружи на пульты и мониторы стенда, полностью имитировала внешнюю обстановку, с которой каждый экипаж должен был столкнуться в море. Каждый из экипажей-участников этого эксперимента совершил в итоге не менее двух 60-суточных нахождений в закрытом пространстве стенда. Сохранилась даже фотография, сделанная после завершения эксперимента. На ней в левом нижнем углу – контр-адмирал В.В. Анохин, в то время, судя по подписи под фото – командир 39-й бригады строящихся и ремонтирующихся кораблей.

 О том, какую жизнь прожил наш земляк Василий Анохин, можно сложить представление и из воспоминаний его бывшего подчиненного Б. Латина, опубликованных на портале voenflot.ru в рассказе «Арктическая автономка»:

 – Выходим из Мотовского залива и ложимся на заданный курс. Дверь в акустическую рубку всегда открыта и мы, акустики, знаем, что происходит в центральном посту. Команды, как и положено, даёт командир, капитан 1-го ранга Анохин В.В. Небольшого роста, круглолицый, с шикарной седеющей шевелюрой, он почти всё время находится в центральном. Внешнее его спокойствие – только кажущееся. В любую минуту может в резкой форме потребовать исполнения приказа и это выдаёт, с каким максимальным напряжением ему приходится нести груз ответственности за всё, что происходит на лодке.

 Об Анохине В.В. скупо написано в воспоминаниях. Но то, что мы из матросов 166-го экипажа, никогда не участвовавших в дальних походах, всего за два года стали ведущей командой дивизии – несомненно, его заслуга. И лодке звание «50 лет СССР» просто так не присваивают: до этого только одна АПЛ нашей дивизии имела название «Ленинский комсомол», остальные – цифровой номер без какого-либо имени… […]

 Лодка, между тем, упорно двигалась к намеченной цели. «Горизонт чист, – регулярно сообщали мы в центральный пост. (Это вам не вахта в Средиземном море, где ежеминутно меняется несколько целей, а разверстка на экране пестрит всплесками шумов)». «Ребята, будьте внимательнее, – в рубку зашёл командир, – как услышите шум, сразу докладывайте». Через какое-то время прямо по курсу вначале чуть слышно, потом более явственно в наушниках монотонно зашипело. Молодец штурман, мы почти точно вышли к намеченной цели – дрейфующей Северной полярной станции СП-18, а затем и СП-20. Шумилка полярников подо льдом работает вовсю, зовя нас на нужный пеленг. «Акустик, – включить подводную связь», – скомандовал командир. Сейчас в рубке наушники не нужны: и без них всё слышно. Затем уже в микрофон он продолжил: «Мы на месте, слышу вас хорошо». «Наконец-то, – в рубке раздался хриплый, клокочущий, изменённый слоем воды, но радостный голос полярника, – мы вас давно ждём. Всплывайте, мы приготовили для вас полынью и поросёнка». Анохин оборвал его: «Прекратите говорить открытым текстом, переходите на кодовую связь».

 Теперь началась настоящая работа. Мы то удалялись от станции, то на максимальной скорости мчались под ней. Глубоко опускались, затем всплывали под самый лёд. В лодке стало заметно прохладнее, по бортам на стенах появился иней, он не таял, а только нарастал. Лёд под водой очень неровный, есть свои впадины и горки. Впадины идут вверх, а остроконечные торосы – сосульки – вниз. Один раз при подвсплытии мы задели такой шип. Лодку тряхнуло. Все застыли от неожиданности. Это не страх, для ощущения страха нужно какое-то время. Через мгновение последовала команда на срочное погружение и такое же быстрое её выполнение. Очередной раз убеждаешься, что в море мелочей не бывает, и от каждого на лодке зависит жизнь остальных. Приятно вспомнить старпома Коржева А. Н. (впоследствии капитана 1 ранга, командира экипажа АПЛ), лейтенанта Рымаря А. П. (будущего Героя России, капитана 1 ранга, гидронавта Первой атомной глубоководной станции), капитан-лейтенанта Шибко В. П., капитан-лейтенанта Сорокина А., мичмана Зуенко В., матросов: Кошмара Б., Мартынова Ю., Анистратова А. и многих других сослуживцев.

 За всё время похода мы ни разу не всплыли! Вернулись, когда в Североморске наступила настоящая зима. Лодку торжественно встречали у пирса с оркестром. Рубка с вмятиной (от соприкосновения с льдиной) придавала кораблю ещё больший авторитет, а нам – гордость за непростой и успешный поход. Приближалась знаменательная дата – 50 лет СССР. Министерство обороны отметило наши успехи, присвоив название «50 лет СССР» лодке, в которой мы стали первым экипажем. Впоследствии, за эту автономку у командира на груди засияет орден Красного Знамени, и вся команда получит правительственные награды.

 Весной 1972 года наш призыв демобилизовался, у нас началась новая гражданская жизнь… На этом можно было бы поставить точку, но история получила продолжение. Через несколько месяцев, когда я уже работал на Омском мясокомбинате (до армии окончил техникум), мне пришла бандероль со значком «Арктика-71», а ещё через пару месяцев начальник цеха, вызвав к себе в кабинет, улыбаясь, сказал: «Сегодня освобождаю от работы, поезжай на телестудию, тебе военком будет вручать награду». Приехал я на студию, там всё готово к съёмкам. После окончания уборочной страды отличившихся трех механизаторов Омской области наградят почетными знаками и грамотами, вручение покажут по телевидению. А тут, как стало известно, пришла и моя медаль Нахимова. Такое нечасто бывает. Перед камерами мы, как положено, отрепетировали, и стали ждать прямого включения в эфир. Стоим в коридоре, ждём. Вдруг ко мне подходит военком и говорит: «Извини, но в наградном листе есть запись «разглашению не подлежит», сразу не обратили внимания». С этими словами он приколол к моей груди медаль, по-отечески обнял и пожал руку и отправил обратно на работу. «Попасть в телевизор» в итоге так и не получилось.

Елена Мотыжева

Все статьи