Первая и последняя электростанции Миуса

 Знаете ли вы, друзья, что на Миусе в свое время была построена одна из первых и самых прославленных тепловых электростанций Советского Союза? А что, если я скажу вам, что здесь же, на Миусе, была построена и одна из самых последних советских малых гидроэлектростанций?

Станция первая

 22 декабря 1920 года Владимир Ленин на Всероссийской съезде Советов произнес историческую фразу: «Коммунизм – это Советская власть плюс электрификация всей страны». Именно с этой фразы начался отсчет принятого в тот же день плана ГОЭЛРО – государственного плана развития электротехнической отрасли в Советской России. Согласно ему, в России в течение семи лет планировалось построить 20 тепловых и 10 гидроэлектрических станций. Многим не верилось тогда, что этот план будет выполнен хотя бы наполовину – в условиях всеобщей разрухи и с неработающими предприятиями. Однако действительность превзошла самые смелые ожидания: пусть не за семь, но за десять лет, с 1917 по 1927 годы, в нашей стране было построено 783 электростанции, а общая выработка электроэнергии увеличилась в 15 раз!

 Один и первенцев плана ГОЭЛРО; электростанция, ставшая первой на территории всей тогдашней Советской Украины – почти забытая уже Штеровская ГРЭС на Миусе…

 По данным статьи «Штеровская ГРЭС – первая на Украине районная тепловая электростанция» публицистов В.C. Дубовик и Ю.А. Орлова, подготовка к строительству «Штеровки», которая должна была снабжать энергией все окрестные шахты Донбасса за счет сжигания антрацитового штыба, была начата в декабре 1920 года, практически сразу после утверждения плана ГОЭЛРО. Первая очередь электростанции была спроектирована уже в 1921-1923 годах сотрудниками проектного отдела «Электрострой» в Москве под руководством инженера М.К. Поливанова.

 Непосредственно к строительным работам, ведение которых было запланировано в три очереди, приступили в 1923 году. Без всякого преувеличения, к строительству этого энергетического «первенца» на Миусе было приковано внимание не только советского правительства, но и всего советского народа – об этом писали центральные газеты! Трудиться на стройке Штеровской ГРЭС было делом чести. Хотя из-за недостатка в стране техники практически везде – во всех земляных, бетонных, монтажных и других строительных работах – применялся ручной труд. Например, в газетах сообщалось, что только в первый год и только грабарей на стройке «Штеровки» было занято 1500 человек! Возможно, именно по причине такого большого количества работников, стройка шла очень быстро – поистине ударными темпами. При этом, как потом оценивали, качество работ было очень высоким: главное здание станции, например, было выполнено монолитным железобетоном, который до сих пор стоит целехонек, пережив не только долгие десятилетия, но и две войны: 1941 и 2014…

 Первый турбогенератор ввели в промышленную эксплуатацию ровно век назад – 8 октября 1926 года. Тогда же, во время строительства первой очереди, на станции установили купленные в обмен золото две иностранные турбины фирмы «Метровикерс» по 10 МВт каждая и шесть заграничных котлов фирмы «Бабкокс-Вилькокс». Паропроизводительность котлов составляла 20 т/ч, давление – 16 атмосфер, а выдаваемая температура пара – 375°С.

Инженеры
«Красного Котельщика»

 И сразу же возникла проблема: установленное на станции передовое импортное оборудование не могло эффективно работать с отечественным сырьем! Ведь используемый на Штеровской ГРЭС в качестве топлива антрацитовый штыб (мелкий уголь-антрацит с размером кусочков до 6 мм, являющийся отходами производства при зарубке, отбойке и доставке антрацитовых углей) в то время был совершенно новым видом энергетического топлива не только для России, но и для всей мировой энергетики вообще. Рационального устройства, обеспечивающего нужный КПД при его сжигании в практически пылевидном состоянии в СССР тогда еще не существовало! За границей опыт сжигания таких пылевидных углей был, но заграничные угли были с бо́льшим, чем у нас, содержанием летучих веществ и сильно уступали углям Донбасса по твердости. Нужно было срочно придумать, как эффективно сжигать местное топливо… Для чего на таганрогском заводе «Красный котельщик» с 1924 года провели ряд опытов по сжиганию в топках именно донецкого антрацитового штыба.

 Для пылеприготовления применялось тогда две системы: центральая и индивидуальная: «При центральной системе были установлены тихоходные шаровые биконические мельницы иностранной фирмы «Гардинг» и ряд других устройств, которые обеспечивали раздельную подсушку топлива и подачу пыли в бункеры котлов. Далее специальными насосами готовая пыль подавалась к трем котлам. Главная особенность центрального пылеприготовления – в его независимости системы от работы котлов. Индивидуальная же система первоначально была оборудована всего на одном котле».

 Однако скоро опытным путем выяснилось, что более рациональной оказалась все-таки не «независимая от котлов» центральная, а именно индивидуальная система: она была простой и экономичной, в ней отсутствовали сушилки и громоздкие механизмы для транспортировки пылевидного топлива. Тем же опытным путем был решен и вопрос о типе мельниц, используемых для размола антрацитового штыба в пыль: лучшие результаты получались при использовании тихоходных шаровых мельниц, где на размол одной тонны топлива расходовалось 22 кВт.ч электроэнергии, тогда как на более быстроходных – 45 кВт.ч. Не говоря уже о том, что такие мельницы и работали надежнее, производя более тонкую пыль и имея меньший износ металла на тонну топлива…

 Еще один важный результат – выявившееся несовершенство дорогостоящего французского котельного оборудования, а так же фактическая его непригодность его для рационального сжигания штыба из-за чрезвычайно интенсивного шлакования не только топки, но даже и первого ряда кипятильных труб котла... Причиной были недочеты конструкции французской топки и пылеугольных горелок прямоточного типа, где из-за неудачного конструктивного решения не достигалось необходимого перемешивания пыли с воздухом. Обнаружились и другие недостатки, влияющие на экономичность работы заграничных котлов: выплавление и обвал муфельных сводов, низкая термическая стойкость обмуровки топки. Вследствие всех недочетов КПД котлов первой очереди Штеровской ГРЭС оказался равным всего лишь 71%...

 Сохранилось описание части проведенных нашими инженерами преобразований: «В процессе эксплуатации с целью уменьшения шлакования кипятильных труб применялась регулярная воздушная обдувка через отверстия, сделанные в боковых стенках на уровне труб. Для улучшения выжига топлива были определены оптимальные значения тонины помола и разработаны новые улучшенные конструкции горелок. Выгорание обмуровки котлов решили устранить за счет охлаждения: воздушного – в виде каналов внутри обмуровки или водяного – в виде защитных экранов». К 1928 году таганрогские котлостроители оборудовали Штеровские котлы более эффективными пылеугольными топками, увеличив при этом и размеры самих топок. Для уменьшения шлакования зольника ими были смонтировали специальные экраны и обустроили систему гидрозолоудаления. Чтобы увеличить срок службы обмуровки, применили воздушное охлаждение стен топки, а для лучшего процесса горения предложили турбулентные горелки.

 После всех изменений паропроизводительность котлов достигла 25 т/час, увеличившись на четверть! Дорогостоящее импортное оборудование заработало, наконец, не только надежно, но и экономично.

Довоенные успехи
и военные потери

 Тогда же, 1928-1929 годах, началось строительство сначала второй очереди – мощностью 49 МВт, а после – и третьей, мощностью 88 МВт. Причем, обе очереди проектировались уже не в столице, а здесь же, на Миусе: проектирование осуществлял Технический отдел строительства, работающий прямо при электростанции. К 1930 году полностью завершена была вторая очередь, а к 1941 году – третья.

 Котельную обустроили, установив в ней гораздо более мощные котлы паропроизводительностью 90 т/ч, давлением 18 атмосфер и температурой 400°С, оборудованные турбулентными горелками: «На шести котлах были смонтированы шаровые барабанные мельницы американской фирмы «Кеннеди». На четырех котлах – установлены мельницы немецкой фирмы «Гумбольдт». В машинном зале – два турбоагрегата швейцарской фирмы «Броун-Бовери» мощностью по 22 МВт каждый и, для собственных нужд, – отечественный турбоагрегат ЛМЗ от Луганского металлического завода, мощностью 5 МВт. При строительстве третьей очереди установили еще два немецких турбоагрегата фирмы «Сименс и Шукерт», мощностью по 44 МВт каждый». В те же годы, чтобы обеспечить техническое водоснабжение ГРЭС, была расширена с 40 до 112 гектаров и площадь прилегающего к станции водохранилища.

 Следствием всех изменений стало увеличение мощности Штеровской ГРЭС до 157 МВт и увеличение выработки ею электроэнергии более чем в 8 раз! До 1958 года, пока удельный расход условного топлива определяли на выработанный киловатт-час, одной из крупнейших и лучших районных электростанций СССР считалась именно Штеровская!

 После начала Великой Отечественной войны турбоагрегаты электростанции №1, 2, 3 и 4 успели демонтировать и вывезти на восток страны. А вот турбоагрегаты №5, 6 и все котлы – плоды стольких лет труда и усилий таганрогских инженеров, до последнего выдавшие электричество для работы шахт, – пришлось взорвать, чтобы они не достались врагу... Эвакуированное же оборудование установили позже на Карагандинской ГРЭС в Казахстане.

Великая
победная стройка

 После окончания боев на Миусе практически сразу же начались и работы по восстановлению электростанции. Уже в 1944 году был введен в эксплуатацию первый турбогенератор мощностью 22 МВт. Именно за эту работу 12 миусских энергетиков со «Штеровки» уже 1 апреля 1945 года были удостоены высоких правительственных наград.

 В 1946 году Министерство электростанций СССР утвердило проектное задание на модернизацию Штеровской ГРЭС», что имело целью увеличить мощность станции до 200 МВт. Работы велись трестами «Донбассэнергострой» и «Донбассэнергомонтаж» – первая очередь мощностью 64 МВт заработала уже в июне 1948 года. При сооружении надстройки опять закупили и установили самое передовое импортное оборудование: «Пять котлов высокого давления паропроизводительностью по 145 т/ч каждый, давлением 125 атмосфер, температурой 500°С. Две предвключенные турбины мощностью по 25 МВт давлением пара 110 атмосфер и температурой 490°С. Две конденсационные турбины мощностью 50 и 36 МВт (давление пара 18 атмосфер, температура 420°С)». Полностью модернизация была завершена в 1951 году.

 В дальнейшем энергетики Штеровскую ГРЭС еще не раз совершенствовали и реконструировали. Например, в сотрудничестве с Всероссийским теплотехническим институтом в 1958 и 1963 гг. была произведена реконструкция двух котлов высокого давления, увеличившая их КПД с 82 до 93%. После чего материалы по реконструкции этих агрегатов экспонировались на Выставке достижений народного хозяйства СССР в Москве…

 Мало того: несколько десятилетий в Советском Союзе именно на основе опыта работы Штеровской ГРЭС на Миусе строились, модернизировались и успешно эксплуатировались многие электростанции тогдашних УССР и РСФСР! Тем более, что Штеровская ГРЭС, как первенец советской энергетики, была еще и кузницей кадров для всей окрестной энергетики. Основанный при электростанции еще 1929 году Штеровский энергетический техникум был широко известен по всему Донбассу и за его пределами, имея филиалы на Луганской и Змиевской ГРЭС и обучив за годы своего существования десятки тысяч специалистов. Только с 1954 по 1965 годы миусский техникум подготовил более 2300 выпускников! Разросшийся до города Миусинска, части Краснолучского горсовета, бывший скромный поселок Штеровка в те годы тоже стал своеобразным экспериментальным полигоном, на основе опыта которого для всего Советского Союза отрабатывались основы возведения городов-спутников крупных электростанций. На всем пространстве бывшего СССР эти города до сих пор отличаются оригинальными архитектурными решениями и продуманностью планировки…

 О том, как высоко государство ценило работу энергетиков Миуса, говорит тот факт, что всего за три года, с 1952-го по 1954-й, государственными наградами страны было награждено 109 работников электростанции.

На пути
к угасанию звезды

 Увы, но уже 1983 году Штеровская ГРЭС, которую все больше теснили «дешевые» и «экологически чистые» гидроэнергетика и атомная энергетика, была закрыта, как «ставшее неэффективным производство». На её базе сохранилось лишь энергоремонтное предприятие – цех №5 «Донбассэнерго». Да еще Штеровский энергетический техникум – единственное среднее профессиональное образовательное учреждение такого профиля на всем Донбассе.

 В 1990-е станцию разграбили, вывезя и распродав на металл оборудование из ее бетонных зданий. Был уничтожен даже музей, экспонаты которого с первых дней строительства станции в 1921 году бережно собирали ее сотрудники. Уцелело лишь то, что передали в местный Дом культуры либо сохранили по домам редкие энтузиасты. В том числе – старые, начала 1920-х, фотографии первой не только на Миусе, но и на всем юге Русской равнины электростанции… На которых, словно на другой планете или в другой цивилизации, самые простые люди совершали во имя своей страны величайшие по масштабам дела, титанические подвиги. И удивляли весь мир, всю вселенную, добиваясь своим трудом и умом поистине титанических результатов в рекордно короткие сроки.

Станция последняя

 Последней электростанцией, построенной непосредственно на Миусе, стала Матвеево-Курганская ГЭС. В 1954 году на северо-западной окраине Матвеева Кургана Межхозяйственным строительным предприятием (в состав которого входило несколько колхозов района) методом народной стройки была построена мини-ГЭС мощностью 0,1 МВт, которая вошла в систему сельского энергоснабжения Ростовской области «Ростсельэнерго».

 По воспоминаниям жительницы поселка Матвеев Курган, ветерана войны, медработника Марии Константиновны Киричковой, в нерабочее время на строительство по очереди отправляли всех взрослых жителей райцентра, даже врачей-хирургов районной ЦРБ. Камень разгружали руками, землю копали вручную и выносили на носилках.

 Сейчас идея такого строительства гидроэлектростанции, да еще и лишенной необходимого в таких случаях водохранилища, на малой реке в засушливой местности выглядит, мягко говоря, не совсем адекватной. Однако со второй половины 1940-х и до середины 1950-х наша страна переживала настоящий бум строительства подобных Матвеево-Курганской малых ГЭС! Когда меньше, чем за десять лет, их было построено около 5700 штук, а общая мощность малой гидроэнергетики, учитывая и дореволюционную, приблизилась к 322 МВт.

 В чем же причина поощрения государством такого «неэффективного» строительства? Причина в том, что после окончания Великой Отечественной стояла задача как можно быстрее обеспечить советское село электричеством. Вследствие чего абсолютное большинство малых ГЭС строилось именно в сельской местности с целью электроснабжения одного, максимум, пары-тройки сел сразу. Строились такие электростанции силами самих селян и из любых подручных материалов, очень часто – из дерева или с использованием старых мельничных плотин... Даже гидротурбины для таких ГЭС чаще всего изготавливались самостоятельно, силами местных колхозов.

 Ну и, конечно, такие мини-ГЭС имели очень скромную выработку: на 1952 год средняя мощность малой ГЭС составляла всего 0,049 МВт! Поскольку такие построенные «своими руками» электростанции практически никогда не имели водохранилищ, то они очень сильно зависели от сезонности и погодных условий. В сильные морозы или в половодье они полностью останавливались из-за падения напора, а в межень их выработка падала до минимальной. Но их все равно возводили десятками – ведь в условиях послевоенной разрухи иной альтернативы быстро обеспечить свое хозяйство необходимым электричеством у селян не было…

 А вот стремительный закат недолгого периода малых ГЭС начался именно в 1954 году – когда в Матвеевом Кургане, одними из последних в стране, начали строительство своей электростанции. Дело в том, что именно в 1954 году был отменен государственный запрет на подключение сельской местности к централизованному городскому энергоснабжению – у поднимающегося из послевоенной разрухи государства уже появились силы, чтобы обеспечивать электроэнергией не только промышленность, но и сельское хозяйство...

 После того, как до миусских сел дотянулись ЛЭП от начавшей свою работу в 1952 году Цимлянской ГЭС, а так же от уже работавших к тому времени Ростовской ТЭЦ-1, Несветаевской ГРЭС, Шахтинской ГРЭС, Каменской ТЭЦ – малая гидроэлектростанция на Миусе стала совершенно ненужной. Вырабатывала она мало, но при этом требовала не только содержания персонала, но и затрат на поддержание в работоспособном состоянии. Так что после подключения к централизованных энергосетям – не только в Матвеевом Кургане, но и в тысячах других сел Восточно-Европейской равнины – колхозы без всяких сожалений избавлялись от мини-ГЭС, демонтировав все ранее установленное ими оборудование. Буквально за пять лет от тысяч малых электростанций не осталось никакого следа, кроме бетонных оснований и на совесть сложенных кирпичных стен… Тем более, что на горизонте перед жителями Ростовской области уже маячили новые титанические свершения: предстоящий в начале шестидесятых запуск Волгодонской ТЭЦ-1 и ТЭЦ-2, Ростовской ТЭЦ-2 и Новочеркасской ГРЭС. Откуда просматривалось уже и начало строительства первого энергоблока Ростовской АЭС…

 В 2012 году ООО «Родник» из Матвеева Кургана выступило с инициативой восстановления ГЭС – требуемый объем инвестиций составил тогда около 78 миллионов рублей. Как сообщалось в те годы, разработанный отечественными инженерами проект реконструкции мини-ГЭС мощностью до 0,8 МВт с годовой выработкой электроэнергии 5,9 млн кВт.ч и сроком окупаемости три года, позволял при условии применения новых технологий даже с учетом обмелевшего Миуса обеспечить энергоснабжение на прилегающих землях тепличного комплекса для производства овощей площадью до 5 га. Увы, но из-за сложностей с привлечением кредитов и займов в Новой России этот проект так и остался тогда нереализованным… Сооружения последней миусской электростанции, как и сооружения первой, потихоньку ветшают и разрушаются.

 Да, если брать все Примиусье, то на Крынке сохранились и до сих пор действуют построенные в 1932 и 1982 годах советские Зуевская экспериментальная ТЭЦ и Зуевская ТЭС в Зугресе. Но вот связанная непосредственно с Миусом история советской электроэнергетики: от своего прославленного на всю страну звездного первенца в Миусинске – до своего мало кому известного последыша в Матвеевом Кургане – в этом месте окончательно поставила точку.

Елена Мотыжева

Все статьи