«Пишу про жизнь…»

 Совсем недавно, 21 марта, в мире отмечали Всемирный день поэзии. Праздник всех, кто пишет стихи. В нынешнем году журналисты нашей редакции познакомились с еще одним нашим земляком, увлекающимся стихосложением. Знакомьтесь: Алексей Николаевич Линник из поселка Надежда Матвеево-Курганского района.

 – Родился я селе Лысогоровка Луганской области в 1947 году, по национальности – украинец. В родном селе учился до девятого класса, а вот, чтобы закончить десятилетку, пришлось ездить за двенадцать километров, средняя школа была только в соседнем селе.

 После школы отучился в Харьковском ветеринарном институте, а затем был призван в армию. Служил в Подмосковье, в Солнечногорске.

 После увольнения в запас вернулся на Луганщину, стал работать на птицефабрике. Потом трудился в Краснодонском племптицесовхозе. В начале восьмидесятых, так повернулась жизнь, переехал в Матвеево-Курганский район, в поселок Надежда. Где с 1984 по 1995 был заместителем директора птицефабрики «Матвеево-Курганская».

 После ее закрытия перешел на должность охранника в детском саду села Алексеевка. И до сих пор в этом строю.

 Стихи пишу со школьной скамьи. Начинал с публикаций еще в школьной газете. Позже писал и в институте. Но более серьезно, считаю, писать начал где-то с 1996 года. Тогда же был случай такой, что я переложил на стихи популярную в девяностые годы серию романов об Анжелике французских писателей Анны и Сержа Голонн. Полностью, от начала и до почти самого конца - жизни в Новом Свете, перессказал эту историю в стихах. Еще одно мое увлечение – писать стихи по коротким заметкам или карикатурам в газетах. Там, где, допустим, опубликован рисунок и критика из двух-трех слов, я могу придумать полноценный сюжет для своих стихов на злобу дня.

 А вот в прессе мои стихи еще не публиковались. Правда, было одно исключение: мой большой друг Иван Анатольевич Гордиенко, который раньше был учителем в Алексеевской средней школе, а сейчас занимается волонтерской деятельностью и частенько ездит на Донбасс, в 2023 году передал мои стихи в одну луганскую газету. Рассказав, что я – их земляк, проживающий в Ростовской области. В результате мои стихи напечатали в местном сборнике. И даже передали нам в Матвеево-Курганский район несколько экземпляров этого сборника. Но, к сожалению, ни один из них у меня не сохранился: знакомые, земляки и бывшие коллеги разобрали на память…

 Я люблю писать стихи. Пишу на разные темы, в основном, те же, которые волнуют и других людей. Когда случаются какие-то значимые события в стране, тоже пишу… Ну и про Родину, конечно, пишу. Про природу. Про людей. Пишу для души – про жизнь.

Агроприём
Горит стерня вблизи посадок,
И дым с огня по полю гладок.
И невдомек иному агроному,
Что гибель шлет
всему живому.
В огне стерни погиб жучок,
И вечерами не споет сверчок.
Сгоревший уж свернулся
комом,
Сей вид – позор
для агронома.
Горит стерня, травы стари́ка,
Вблизи не слышно
птицы крика.
Уснуло все сгоревшим сном,
Виной всему –
ученый агроном.
Горит стерня, и слышен стон
Травы и обгоревших крон:
Беда пришла всему живому,
Зато спокойный сон
у агронома.
Пора воздать всем агрономам
По всем написанным законам.
И запретить такой агроприём,
Когда вокруг все жжём
и «жгём».

Смола и сок
Смола и сок бегут как слезы:
То плач сосны и плач березы.
Стволы, изранены навечно,
Кричат: «Брать сок –
бесчеловечно».
Смолу сосны – на канифоль,
Березы сок нальют нам в банки.
Постой же, человек! Изволь,
Ведь «кровь берез» ты пьешь
из склянки!
Ценнее сока или плитки
канифоли
Береза, что шумит на воле,
Смолистый запах
молодой сосны,
Что веет и дурманит
нас с весны.
Святую Русь прославили
березы,
Шумя в сторонке от полей.
О них звучит написанная проза,
В них песню распевает соловей.
Смола и сок бегут как слезы.
То боль сосны и боль березы.
Постой же, человек,
остановись,
И над природой больше
не глумись!

Ко Дню защитников
Отечества
Мы долго ждали этот день,
Как праздник не ищи его,
напрасно!
К нему не расцвела сирень,
В календаре не значится он
красным!
Но он пришел, вот этот день,
И от того февраль теплее.
Надел солдат свою шинель,
И от нее он стал сильнее.
Забыл о старых ранах
ветеран,
И костыли ненужными
вдруг стали.
И, если уж налит ему стакан,
Он выпьет за друзей,
коль звали!
За тех, кто дрался за Днепром,
И падал там в дыму и гари.
За тех, кто рвался напролом,
Неся урон фашистской твари.
Он выпьет за солдатский котелок,
И за последнюю краюху хлеба.
Он выпьет за воды глоток,
Со свистом пуль, его прося
у неба.
И будет рад любой солдат,
Что в детях будет долго
повторяться.
И от того и муж, и сын и брат
Отчизной пусть своей гордятся.
Так выпьем чашу памяти
до дна
И склоним головы к могилам:
Пусть будет проклята война,
Взывают все к небесным силам.

1996

Миус
Пшеничного моря раздолье
И южных полей цветограй,
Все это – наше приволье,
Все это – Миуса край!
Где ранее ржали в степи
кобылицы,
По-над рекою стояли стога,
Тянулись обозы
с миусской рыби́цей
До самой Москвы, - «на торга».
В столице на видном местечке
Есть площадь по имени
Миуса-речки,
Рыбцов и шемаю
из нашей реки
Возили на площадь тогда рыбаки.
Знавала москвичка-хозяйка
Миусскую нашу шемайку,
Готовила рыбу
по способу «спец»:
Зажарен к обеду миусский рыбец.
С тех пор улетело как птица
Немало из речки водицы.
И ныне не быть ей такой:
Глубокой, прозрачной, живой.
Лишь помнит рыбак-старожил,
Как был он когда-то мальчонкой,
И в омуте сом сторожил
Рачка молодого,
проныру-утенка…
На мелководье сом грел бока,
Шевелил усами без устали.
И выбор большой
у того рыбака:
Глотнуть ли плотву, подуста ли…
А ныне – гнилая
по Миусу-речке
Течет и струится вода.
Не жарится рыба на печке,
Пустая, без раков, вода.
Виной тому сами мы стали,
Ведь в пору больших перемен,
Мы от природы все больше
брали,
Чем отдавали взамен.
Пора б проснуться человеку
И от природы милости не ждать.
Спасти всем миром нашу реку
И детям на грядущее отдать!

Алена Кондаратенко

Все статьи