ВЕТЕРАН

 Ещё лет пять тому назад, когда мой дядя, Иван Петрович Пужалин, при встрече жал мне своей крепкой мозолистой, знающей тяжелый ручной труд, рукой, мне становилось не по себе и, хоть я, его племянник, и на 20 лет моложе, прилагать усилия, чтобы моя рука не сложилась «лодочкой», как во время благословения батюшкой.

 Конечно, годы не щадят никого. И один Бог знает, когда человека хватит недуг. Не миновал он и Ивана Петровича. За короткий период времени один за другим – два инсульта!

 Совсем недавно – звонок от дяди. Я, не раздумывая, поднимаю «трубку» и добродушно приветствую его. В телефоне слышна малопонятная речь, даже не речь – бормотание. Всё ясно – дядя в беде. А где он, как и чем ему помочь? Единственное, что я разобрал, после многократного вопроса ему: «Вы дома?» – что он находится не дома. Бегу в больницу и по дороге прошу дочь разузнать: не лежит ли в терапевтическом отделении дедушка с инсультом. Но на полпути в больницу – звонок. С автовокзала звонит женщина и сообщает, что дедушка попросил позвонить по этому номеру (представляю бедную женщину-кассира, которая, пытаясь помочь, разбиралась в несвязной речи старика). На этот раз всё обошлось: через час Иван Петрович был дома.

Иван Петрович Пужалин и автор, Александр Иванченко

 С детства помню, как на стенах, среди портретов родителей и других предков, висел и портрет дяди Вани в форме бравого молодого моряка. Родители всегда с гордостью, пророча мне службу на флоте, говорили: «Будешь, как дядя Ваня – моряком. Тем более, ростом особо не вышел. Так что в пограничники или ВДВ тебя не возьмут, а в морфлот – в самый раз…» Пророческими были слова родителей! Из новогодних костюмов на школьную ёлку больше всего понравился и запомнился мне мой костюм моряка. И прозвище «морячок» – после этого надолго ко мне прилипло ко мне.

 Дядю я видел очень редко. Он приезжал к родным в село, к своей сестре, соответственно, моей тёте, из Таганрога, где жил и работал. У него были «золотые руки» и везде, как было принято в те годы коммунистических соревнований, его портрет находил постоянное место на Доске почёта. Приезжал он из города на знаменитой «Победе», машине, за которой следил, как за ребёнком, поддерживая в надлежащем виде. Так уж случилось, что мне почти не довелось с ним поговорить в те, молодые, его годы – не было возможности. Я даже не знал, что он служил на одной из прославленных и самых современных тогда подводных лодок: на лодке такого же проекта и мне предстояло потом служить, но через 20 лет и на другом, менее суровом флоте…

 После того, как мы всей семьёй стали жить в Матвеевом Кургане, мы виделись ещё реже: иногда лишь счастливило нам встретиться на родственном захоронении, если такое выражение уместно, в родной Марьевке. Здесь, рядом с моим дедушкой, были захоронены: сестра дедушки, приходящаяся Ивану Петровичу мамой, его брат, погибшим молодым, и другие наши общие родные. Дядя Ваня изготовил на заводе оградку, могильные кресты и таблички на них. В 60-е годы материал был очень дефицитным, а в колхозе – тем более. Всё это он привозил из Таганрога и сам монтировал...

 Как незаметно пролетели годы. Нынешний год, как никакой другой, стал для меня юбилейным. В мае было 50 лет, как меня призвали в ВМФ. А на днях я отметил свой 70-летний юбилей, тихо, скромно и мирно. Иван Петрович в этом году, тоже мог бы отмечать, если бы позволило здоровье, свой 70-летний юбилей, как попал на флот в 1955 году, в год моего рождения. А через 24 дня после моего юбилея он должен будет отмечать свой, 90-летний юбилей. Должен – это слово ключевое.

 Давайте пролистаем летопись истории назад и вспомним, что происходило в июле два года назад, у нас в посёлке… Я пригласил своего дядю на открытие памятникам морякам-ветеранам, которым он заслуженно, поболее нас многих является, так как отдал службе на подводной лодке Б-66 четыре года. Он с радостью согласился. Ни свет, ни заря, дядя, сияющий, стоял у меня во дворе с военно-морским флагом времён СССР на длинном древке. Я представляю, какой добротой и пониманием должен был обладать тот водитель легковушки, который взялся довести до райцентра пожилого человека с трёхметровым древком... На празднике я усадил Ивана Петровича впереди и с удовольствием наблюдал, как светится от счастья его лицо. И, когда порыв чувств всё же «прорвал» душу подводника-ветерана, как торпеда прочный корпус субмарины, он не сдержался и спел под аплодисменты собравшихся свою любимую песню молодости, ту, которую пел в экипаже подлодки, во время сурового перехода «Северным морским путём» в те далёкие годы службы. И вы бы видели, как он гордо при этом держал военно-морской флаг в одной руке! Не каждый молодой так удержал бы…

 Когда я отвозил Ивана Петровича домой после праздника, он был в таком приподнятом настроении, в котором я никогда его не видел. И обещал мне: «Как буду жив, буду каждый год приезжать на праздник сюда, к вам, к памятнику ветеранов-моряков!». Но – не судьба. И в прошлом году из-за болезни не смог он приехать, а в этом году – и подавно. И всё же я рад, хоть однажды я смог подарить в будничной житейской кутерьме своему дяде-моряку один день счастья, воспоминаний молодости и гордости – через праздник и ту медаль, которая ему была вручена – за всех братишек, с которыми ему довелось служить и, из которых, к сожалению не всем довелось дожить до наших дней...

***

 Хочу отвлечься и рассказать о легендарной подводной лодке, на которой Ивану Петровичу Пужалину посчастливилось служить в 1955-1959 годах. Даже мне, представление о службе на субмарине, и то трудно представить, что пришлось пережить экипажу в дальнем экстремальном походе Северным морским путём. Да, я служил на подлодке такого же проекта – «Б-75», выпущенной всего на пару лет позже «Б-66». Но служил уже на Балтике, хотя ранее «моя» подводная лодка много лет тоже была в составе Северного флота.

 Итак, в 1956 году, 15 июля, когда я только еще делал свои первые робкие шаги, мой дядя в экипаже «Б-66» в составе дивизиона дизельных подлодок, вместе с «Б-68» и двенадцатью средними лодками, «эСками», как тех именовали, вышел из города Полярный по Северному морскому пути. «Эски» не смогли преодолеть сложную ледовую обстановку и остались зимовать в устье реки Колымы… «Букахи» с повреждёнными балластными цистернами и винтами дошли до бухты Тарья и вошли в состав 10-й Камчатской военной флотилии, 182-й БрПЛ. Эту скупую информацию каждый из нас, воспользовавшись поисковиком «Гугла» сможет откопать в пару «кликов». Но то, что пришлось испытать подводникам во время перехода, могут рассказать только те, кто в нём участвовал... Это атомоходы могут нырнуть и не всплывать длительное время. А «дизелюхам» нужно всплывать, запускать дизеля, чтобы зарядить аккумуляторные батареи и провентилировать отсеки.

 Ещё немного из Википедии: «С 1 августа по 13 октября 1957 г. советская субмарина «Б-66» совершила 75-суточный автономный поход, выполняя задания Академии наук СССР и разведки. 03.09.57 г. лодка впервые в истории отечественного подплава пересекла экватор и достигла 6-го градуса южной широты. Был в этом походе установлен рекорд дальности радиосвязи до 3500 миль (около 6500 км), пройдя 11100 миль в надводном положении и около 750 миль в подводном. Во время похода, в подводном положении, одному из подводников была сделана операция по удалению аппендицита».

 По продолжительности автономок «дизелюхе» могут позавидовать даже многие современные атомоходы! Так с 24 сентября 1969 г. по 17 июня 1970 «Б-66», участвуя в океанской экспедиции «Вега», обогнула Юго-Восточную Азию и Австралию, выполнила задачи у берегов Африки и наведалась в Перу. Поход длился 266 суток! Всего же дядина «Б-66» в строю находилась 30 лет.

***

 Я хочу обратиться к Администрации своего сельского поселения, ЦСО, к представителям общественности. Очень прошу тех, может, умеет работать с тяжело больными людьми пожилого возраста и умеет быть убедительным в общении с ними: давайте подумаем, может быть, общими усилиями мы сможем сделать жизнь этого пожилого человека, которому 20 июля должно исполниться 90 лет, просто человеческой? Я не хочу раскрывать публично подробности сегодняшних жизненных условий своего дяди и причины, почему он нуждается в чужой помощи. Скажу лишь, что любому человеку было бы лучше доживать именно в человеческих условиях, под присмотром, среди людей. Может быть, есть какие-то варианты решения этого больного для меня вопроса? Моему дяде это, к сожалению, уже не под силу. Или мы поможем ему, все вместе, или… Господи, прости меня!

 Не хочу заканчивать на грустной ноте. В день рождения Ивана Петровича, когда я ему позвоню, он, скорее всего, даже не услышит моего звонка. И, тем более, я от него не смогу услышать каких-то слов: к сожалению, болезнь коварна. Потому, прошу от души поздравить Ивана Петровича с 90-летним юбилеем, который будет 20 июля сего года. А через неделю, 27 июля он, как и многие моряки-ветераны и те, кто сейчас служит в Военно-морском флоте, должен будет отметить свой праздник. Хотелось и мне поздравить его в этот день лично, но получится ли?

 Иван Петрович, дорогой, с юбилеем тебя, с 90-летием! С наступающим Днём ВМФ! Здоровья и здоровья! Выздоровления и возвращения в строй боевого старшину 1-й статьи, командира отделения электриков «Б-75» 10-й дивизии подводных лодок Тихоокеанского флота!

 И чуть не забыл. Буквально 1 июля эта дивизия в текущем году тоже празднует свой 70-летний юбилей. Вот выдержка из статьи: «70 лет назад была сформирована 10-я дивизия подводных лодок Тихоокеанского флота. Создание дивизии стало логическим продолжением послевоенных усилий по укреплению подводного крыла ВМФ СССР. В её состав вошли две бригады дизельных лодок: 125-я и 182-я – с базированием на Дальневосточной военно-морской базе. Командиром стал контр-адмирал Алексей Семёнович Берзин – опорная фигура, заложившая традицию подводной стойкости…»

 Иван Петрович служил в 182-й бригаде дизельных лодок. Мы равняемся на вас, ветераны! Вот они, истинные ветераны, которые десятилетиями постоянно бороздили воды мирового океана, и оттого наши враги дрожали и боялись пикнуть, зная мощь нашего ВМФ и Вооружённых сил в целом.

 С наступающим днём Военно-морского флота, братишки! Поздравьте моряков-ветеранов старшего поколения, пожалуйста! Они, по разным причинам, уже не придут на праздник в сквер «Памятник БТР», не возложат цветы в память ветеранам боевых действий и морякам-ветеранам. Вы знаете, какие они скромные? Нет?! Я знаю. Многие и хотели бы, но уже не могут по состоянию здоровья…

 Я назову лишь тех, кого лично и очень близко знал. Это Сергей Неменущий, Николай Губский и Николай Пруцев. Из названных только один сидел два года назад рядом с моим дядей, Иваном Петровичем, а вскорости его не стало. Это был Николай Пруцев. А как он был рад, что его не забыли, вручили медаль, как и Сергею Неменущему, наблюдавшему по состоянию здоровья за торжеством из-за пределов ограждения! Николая Губского я лишь случайно увидел тогда, когда дома просматривал снятые мною же фото, он скромно стоял под берёзой… Их нет больше. А это только те, кого я знаю. Многие из вас могли бы добавить в этот скорбный список свои имена… К сожалению.

 Светлая память и вечный вам покой, братишки! Я преклоняюсь перед вашей памятью. И в храме Павла Таганрогского ваши имена будут звучать в поминальной панихиде. Это я могу обещать. Большего, кроме того, что возложить ещё цветы на могилы и помолиться за упокой ваших душ, больше – ничего.

 «Флоту – быть!» – сказал более трех веков назад Пётр Первый. А нам нужно продолжать славные традиции всех родов войск. Слава ВМФ! Слава России!

Александр Иванченко,
командир отделения
мотористов «Б-75»,
старшина 1-й статьи

Все статьи